Лучше, когда жёстче
Прославившийся строительством «безумно дивного, чудного города» на песке профессиональный романтик Павел Кашин выпускает десятый альбом. В интервью Светлане Рылевой певец и продюсер рассказывает о творческих мутациях и нумерологическом подходе к жизни. Песни нового альбома можно услышать в аудио- и видеоверсии интервью.
С.РЫЛЕВА — Поводов для встречи много: во-первых, несколько дней назад Павел отметил свой день рождения, во-вторых, у Павла выходит новый альбом, который называется «Десятка», а, в третьих, 17 марта в Театре эстрады у Павла Кашина состоится концерт, на котором он презентует новый альбом. Что это за альбом? Как он писался? Какие песни в него вошли? Говорят, что этот альбом отличается от всех остальных — гораздо жёстче. Что вы скажете на это?
П.КАШИН — Конечно, он жёстче, но жёстче — не значит хуже. Некоторые вещи лучше, когда жёстче. Я пригласил на запись лучших музыкантов, в том числе, Юру Цалера и Володю Миклошича. В этот раз мы записывали этот альбом на «Мосфильме». Я считаю, что там один из лучших звукорежиссёров — Володя Овчинников. Поскольку я всё записывал с новыми людьми, на новой студии, с новым звуком, альбом получился совершенно не похожим на те, какие были раньше. Наверное, люди, когда купят, очень сильно удивятся. Потому что там вообще очень мало осталось от меня прежнего.
С.РЫЛЕВА — А с чем это связано?
П.КАШИН — Мне кажется, что я всё ещё меняюсь. Я ещё способен быть гибким, внезапно я обнаружил, что люблю самую новую музыку. Сейчас в машине я слушаю Эминема, и мне очень нравится. Хотя слова остались примерно в том же русле, просто теперь их стало меньше ненужных слов. Я научился отсекать ненужное, оставляя лучше.
С.РЫЛЕВА — Почему альбом называется «Десятка»?
П.КАШИН — Несколько причин. Сначала я думал, что потому, что это альбом номер десять. Потом всплыли идеи Пифагора, который говорил, что десятка — это совершенное число, десять — это число человека. Потом я подумал, что это подарок на день рожденья. У меня круглая дата — тридцать семь. По нумерологии — это десять, три плюс семь. Самая последняя версия выплыла совсем недавно. Я решил сам для себя сделать такой хит-парад и занял в нём десять первых мест.
С.РЫЛЕВА — Надеюсь, что эта пластинка станет подарком и для ваших поклонников, которые придут на ваш концерт в Театр эстрады 17 марта.
П.КАШИН — Я надеюсь. Дело в том, что мы, действительно, собираемся удивить всех, кто придет на презентацию альбома. Мы очень сильно готовимся.
С.РЫЛЕВА — А чем удивлять-то будете?
И.МИКЛОШИЧ — Не скажем, не скажем, не скажем. Придут — увидят.
П.КАШИН — Когда я начинаю рассказывать про то, что будет, Ира меня всё время останавливает. Она хочет, чтобы это был сюрприз. Там, действительно, сюрпризов будет очень много. Вплоть до того, что мы хотим сделать шоу. Очень тонкое. В стиле французского «Сирк дю солей» (Солнечного цирка), если кто-то имел счастье видеть, что это такое.
С.РЫЛЕВА — Вопрос, который, наверное, вам уже наскучил, но который волнует многих радиослушателей. Почему вы уехали в Америку? Ходят слухи, что из-за любви.
П.КАШИН — Много разных слухов. Но нужно всё-таки говорить, что я сначала уехал в Англию, а потом в Америку. Причем, и туда, и туда довольно случайно. В Америке оказалось, что я приехал учиться в университете Чикаго, а второй год я прожил в Лос-Анджелесе. Никакой истории с любовью там нет, если не считать любовь к стихам. Потому что в университете я изучал британскую и американскую поэзию. В Лос-Анджелесе — сценарий. В общем, всё, что связано с языком, русским и английским.
С.РЫЛЕВА — А откуда эта страсть к стихам?
П.КАШИН — Вообще, я с детства абсолютно уверен, что самое точное в мире — это стихи. Недавно я заметил, что все точно сказанные вещи — зарифмованы. У того, кто пользуется рифмой, меньшее количество вариантов, чтобы найти истину. Последнее время, когда я слышу в голове какую-то мысль, я пытаюсь проверить её рифмой. Если она очень хорошо рифмуется, наверное, в ней больше истины, если нет — меньше.
С.РЫЛЕВА — А чем привлекли вас стихи вашего продюсера Ирины Миклошич, которые вы даже положили на компьютерную музыку?
П.КАШИН — Дело в том, что у Иры — не просто стихи. Существуют стихи, которые пишут все люди. А существуют состоявшиеся стихи, в которых есть всё: развитие, форма, содержание, невероятная тонкость. Ира хотела просто выпустить книжку. Я подумал, что это скучно, никто не будет читать. Кто сейчас читает сборники стихов?! Поэтому я решил сделать современный вариант сборника стихов. Ира отдала его послушать своим друзьям-критикам и получила невероятно высокие оценки.
С.РЫЛЕВА — Ира, расскажите о своей работе над альбомом. Диск называется «Туше» («Прикосновение»). Расскажите немного о своём увлечении стихами. Или это уже не увлечение, а образ жизни?
И.МИКЛОШИЧ — Это абсолютно не образ жизни и не увлечение. Просто стихи лежали, друзья просили каким-то образом их выпустить. У Паши возникла идея, как это можно сделать. Тогда я сказала: ну, если ты это как-то видишь, то делай, ты будешь продюсером этого всего. Когда мы записывали, оказалось, что он очень жёсткий продюсер. Я постоянно не могла попасть в долю, я не слышала, где мне вступать, каким голосом говорить. Но Паша добился того, что ему было нужно. Видимо, удачно. Отзывы, действительно, очень хорошие. Пластинка выйдет в конце апреля, через месяц после пашиной. На той же звукозаписывающей компании «Никитин». Её можно будет купить и послушать. Так что если Паша знает, чего он хочет добиться, он умеет этого добиваться.
С.РЫЛЕВА — Получается, что в нашей студии сегодня встретились два продюсера. В чём состоит для вас искусство жить?
П.КАШИН — Это уже не искусство. Это просто сплошное наслаждение. Начиная о того, что утром я встаю, выпиваю кофе, и чуть ли не каждый день пишу музыку или стихи, читаю какую-нибудь классную книжку. В общем, я не знаю, жизнь состоит из одного удовольствия.
С.РЫЛЕВА — А как вы пишете? Каждый день, ни дня без строчки?
П.КАШИН — Нет, нет, нет. У меня нет таких задач, честно говоря. Даже, когда я бросаю пить, то всегда на какое-то время. Глупо бросать на всю жизнь. Когда я сажусь читать книжку, то чувствую, как в голове начинают крутиться какие-то строчки. Я пробую что-то набросать и вижу, что через полчаса получается песня, ничего с этим не сделать.
С.РЫЛЕВА — Играючи?
П.КАШИН — Иногда легко, иногда трудно. Но когда трудно, мне даже больше нравится. Там уже мозги включаются. Я очень люблю в шахматы играть и временами это похоже на игру в шахматы. Перехитришь ли ты этот мир, где всего лишь триста тридцать тысяч слов, сможешь ли ты создать из них новую комбинацию так, чтобы всех это тронуло?
С.РЫЛЕВА — В одном из интервью вы сказали, что песни должны быть красивыми, потому что умные и смешные сегодня никому не интересны. Давно вы вывели для себя такую формулу творчества?
П.КАШИН — Если быть точным, то я сказал следующее: «Когда я пишу песни, то первое, что я требую от песни, — чтобы она была красивая, а не умная или какая-то другая». Когда я понял, что не существует каких-то правильных или неправильных вещей, для меня осталась только одна определяемая категория — красота. Красота приносит радость в мир. Даже больше того, я думаю, что красивые люди рождаются такими за какое-то особое доверие к миру, за дела внутри сердца.
В гостях: Павел Кашин, Ирина Миклошич
Ведущая: Светлана Рылева
«ГОВОРИТ МОСКВА»
11.03.2004
